EN

Пустячок, а приятно



Шесть лет назад в газете «Советский физик» была опубликована небольшая заметка (№1(43) 2005 «О БУДУЩЕМ ВЫСШЕЙ ШКОЛЫ»), в которой давался прогноз реформирования школы и высшей школы. Проект нового стандарта позволяет утверждать, что основные идеи нашего прогноза заложены в новый проект. Если бы реализация проекта не приводила к уничтожению образования в РФ, то результаты прогноза могли бы радовать. Так как статья сохранила свою актуальность печатаем ее вновь.
Гл. редактор
Что ждет высшую школу России в будущем? Этот вопрос волнует многих. При всем множестве планов реформирования системы образования дать прогноз будущего высшей школы в России, на самом деле, нетрудно. Для этого надо определить главное направление развитие РФ на современном этапе и представить себе соответствующее положение образования, в том числе, и высшего. Возврат к России, «которую мы потеряли», возвращение в ряд «цивилизованных стран» — декларируемое направление движения нашего общества. Поэтому естественен и возврат к старой системе российского образования, переход к системе образования, которая существует в «цивилизованных странах».
Сейчас началось реформирование высшей школы РФ. При всей важности проведенных и планируемых реформ, главное изменение в образовании, которое будет определять положение в высшей школе, уже фактически проведено. Это изменение системы среднего образования. Может быть, часть этих изменений не оформлена юридически, но они уже входят в жизнь школы. Именно положение со средним образованием будет определять в ближайшем будущем и положение высшей школы.
Переход к профильной школе (начальная школа, основная и профильная), введение ЕГЭ, платное образование в школе — за всем этим скрывается отказ от советской системы общего обязательного среднего образования и переход к сословному образованию, в старой терминологии — к классовому образованию. «Школа не имеет более важной задачи, как обучать строгому мышлению, осторожности в суждениях и последовательности в умозаключениях» — трудно сказать лучше Ницше.
Советская общеобразовательная средняя школа включала в себя все лучшее из классической гимназии, этой необходимой ступени к университетскому образованию. Сейчас в РФ сделан переход на формирование двух систем образования. Образование для элиты и для всех остальных. В первой образование проводится по классической системе, во второй — обучение «навыкам». Выпускник школы первого типа станет со временем творцом в широком смысле слова, выпускник школы второго типа, даже получив впоследствии высшее образование будет, прежде всего, потребителем и исполнителем. Выпускник этой школы должен не уметь мыслить!
Удивляться и возмущаться идущим в школе преобразованиям не стоит. Подобная система образования существовала в России до семнадцатого года. Квалифицированное описание системы образования в России до семнадцатого года дано в книге, выпущенной под редакцией бывшего министра образования В.Г. Кинелева1.
Аналогичные принципы образования, несмотря на кажущееся разнообразие форм, реализуются и во всем «цивилизованном» (западном) мире. Известный математик В.И. Арнольд2 называет основным глобальным процессом, внушающим тревогу (ему, по крайней мере) — американизацию. Согласно Арнольду, одно из последствий этого процесса — катастрофическое падение уровня образования во всем мире. Желающих ознакомиться с западным образованием можно отослать, например, к работам известного публициста, имеющего естественно-научное образование (химфак МГУ), С.Г. Кара-Мурзы3. Однако пишет он длинно.
Краткое и яркое описание американского школьного образования дано в одной из старых публикаций И.А. Зотикова4*. Поскольку это описание дает картину нашего ближайшего будущего приведем его.
«…Несколько дней этот разговор не выходил у меня из ума, и, когда я встретил одного из моих близких друзей-американцев, профессора университета, рассказал ему эту историю и спросил, что он думает о ней.
— Сейчас настоящая серьезная проблема Америки,— сказал он, — что делать с людьми, которые формально окончили среднюю школу, но вообще не умеют ни читать, ни писать. Ведь последние пятнадцать лет в наших школах не ставились отметки, да и предметы основные, но трудные — язык, математика, физика, химия — заменялись по желанию ученика более простыми в усвоении, а значит, приятными при изучении словесными — социология, история, этика, экология… Считалось, что учеба должна вестись без напряжения ученика. А в результате в университеты и колледжи поступают неграмотные люди, если есть деньги…
Я спросил своего друга, … разве в Америке нет единых школьных программ? Друг мой даже удивился вопросу.
— Конечно, нет — сказал он, — Во времена, когда вы запустили свой первый спутник, мы впервые вдруг обнаружили, что наши дети не получают достаточного образования в школах по точным дисциплинам, нужным для работы со сложными машинами и приборами, а если и получают, то в среднем много меньше, чем ваши дети. В эти времена создатель первых атомных подводных лодок и командующий нашим атомным подводным флотом адмирал Риковер потребовал, чтобы каждый кончающий среднюю школу имел бы обязательный уровень знаний по этим предметам, чтобы этот уровень обеспечивался бы программами, обязательными для всех школ страны. Этого требуют интересы обороны Америки, кричал он.
Но Риковер забыл то, чего не знаешь ты: мы, американцы, не разрешаем и никогда не разрешим правительству брать в руки воспитание наших детей. Ведь все школы Америки существуют на школьные налоги. Все, что мы заплатили нашему городскому казначею на школы, все целиком и пойдет на обучение наших детей, и мы считаем, что только мы, в смысле попечительский школьный совет города, выбранный нами, имеем право решать, какие предметы и в каком объеме должны учить наши дети в школе. А иначе, если дать волю государству, оно будет учить наших детей не тому, чему мы сами хотим, а тому, что ему сейчас кажется более выгодным. И пусть из-за этого наш «средний ребенок» знает меньше математики и физики, чем ваши дети. Вместо этого он знает что-то, чего не знают ваши. А тот, кто хочет учить математику и физику, может учить ее в большом объеме и в средней школе, которая в Америке называется высокой школой. Дело в том, что уже класса с четвертого каждый ученик сам выбирает себе те предметы, которые он хочет учить. Положим, для того, чтобы закончить какой-то класс, ученик должен набрать сто баллов. За посещение уроков английского языка по полной программе он получит, положим, 20 баллов. Если посещать только половину занятий, получишь только половину этих баллов. За полную программу по математике — 15 баллов, физике — 10, химии — 10, истории США — 10, всемирной истории — 10, биологии — 10, социологии — 5 (этот предмет проще и интереснее учить), искусствоведению — 5, живописи — 5, истории музыки — 5, домоводству — 5, сельскому хозяйству — 5 и так далее. В начале каждого полугодия ученик получает большой список предметов — курсов, отмечает в нем, что он хочет изучать, чтобы набрать нужное для перехода в следующий класс число баллов, и сдает в учебную часть школы. В соответствии с собранными заявками и верстается расписание уроков и списки классов.
Все идет хорошо до самого окончания средней школы. И, только когда бывший ученик собирается поступать, например, в государственный университет, то есть университет штата, где плата много меньше, чем в частном университете или колледже, выясняется, что каждый поступающий должен был прослушать в школе английского — не менее стольких-то часов, физики — не менее стольких-то и так далее. И никто не интересуется, сколько часов сельского хозяйства он прослушал. И молодой человек тратит год, а то и два, чтобы дослушать свои курсы, на которые он не обращал внимания в школе».
Не следует разделять оптимизм этого американского профессора относительно возможностей выпускников американских школ. Другой американский профессор Нобелевский лауреат Дж. Хекман в недавних исследованиях установил, что в настоящее время более 20% трудящихся в США не умеют толком читать, писать, считать. Это явление называется функциональной безграмотностью. Судя по результатам успешной работы наших СМИ, процент функционально безграмотных в РФ еще выше. Дж. Хекман считает, что воспитание и обучение детей начинается в дошкольном возрасте. Упущения в этом возрасте невозможно компенсировать, с возрастом разрыв в развитии, обучаемости между детьми, получившими полноценное дошкольное обучение, и без такого только возрастает. Нобелевский лауреат утверждает, что охват всех американских детей до 5 лет, которые растут в официально признанных бедными семьях (таких детей в США — 4 млн.!) специальными программами обучения даст годовой экономический эффект в более чем 500 млрд. долларов.
Описанная выше ситуация в американских школах реализуется в основной массе школ России в ближайшее время, а таким выпускникам делать в вузах нечего.
А что будет с вузами? Небольшая часть вузов (в 1917 г. в России было около 100 вузов1. Узнаете цифры? Да, новое, это хорошо забытое старое) будет продолжать обучать выпускников элитных школ. На первом этапе подготовка будет вестись и для Запада. Болонская декларация в действии! Большая же часть вузов трансформируется, как и предусмотрено программами реформ, в муниципальные колледжи, которые будут готовить специалистов, подобных тем, что раньше готовили не в лучших ПТУ.
Возможно, такой прогноз покажется слишком мрачным. Это не так. Вернемся к началу статьи: прогноз получен исходя из предположения, что нынешнее развитие России приведет к ее возвращению в ряд «цивилизованных стран». Однако развитие экономики РФ в последние 15 лет больше соответствует деиндустриализации страны. При таком развитии событий высшее образование ждет полное уничтожение. Поэтому предложенный прогноз является оптимистичным.

Литература
1. Высшее образование в России: Очерк истории до 1917 года. / Под редакцией В.Г. Кинелева — М.: НИИ ВО, 1995.
2. Арнольд В.И. «Нужна ли математика в школе?» — М.: МНЦНМО, 2004.
3. Кара-Мурза С.Г. Советская цивилизация. От Великой Победы до наших дней. — М.: Изд-во Эксмо, 2004.
4. Зотиков И.А. «У бульвара Ниагарских водопадов». Дружба народов. №12, 1987.
*И. А. Зотиков, член-корр. РАН, доктор географических наук, почетный полярник, главный научный сотрудник Института географии РАН. Область научных интересов — теплофизика ледников. Автор монографий: «Тепловой режим ледникового покрова Антарктиды», «Теплофизика ледниковых покровов»; нескольких художественных книг, в том числе «За разгадкой тайн ледяного континента», «Пикник на Аппалачской тропе», «Японская сестра».

 Участник шести антарктических экспедиций.
Показеев К.В.

Назад