EN
    ОБРАЗОВАНИЕ И СТРАТИФИКАЦИЯ ОБЩЕСТВА
    Стратификация - слоистое
    строение чего-либо


Высшее образование является необходимым социальным институтом современного общества, к какой бы социально-экономической формации оно не относилось. При этом социальные факторы, связанные с расслоением общества на социальные группы, всегда оказывали влияние на отбор содержания образования. Господствующие классы присваивают монополию на общекультурные и развивающие знания. Основные же слои населения получают лишь те знания, которые необходимы для повседневной жизни и практической деятельности.
По мере продвижения реформы отечественной системы образования наблюдается усиление тенденции к использованию образования как инструмента углубленной социальной стратификации общества. (Социальная стратификация - структура общества и отдельных его слоев; система признаков социального расслоения, неравенства. На основании таких признаков как образование, доходы, отношение к средствам производства и способам получения доходов, бытовые условия, занятия, психология, религия и т. п., общество делится на страты (слои)). Так, например, в работе [1] обращается внимание на то, что "курс на понижение уровня развития человеческого потенциала в России отныне проводится на законном основании".  Всё более заметной становится тенденция, когда качественное образование могут получать дети преимущественно состоятельных родителей.
Имущественная дифференциация закрепляет социальное неравенство путем получения представителями различных социальных слоев  качественного или некачественного, элитного или массового, зарубежного или отечественного образования. Процесс социальной стратификации населения усугубляет разрушение система дошкольного обучения.
Полным ходом идет формирование сословной образовательной системы страны. Одним из подтверждений тому может служить введение бакалавриата и магистратуры как изолированных друг от друга уровней высшего образования с сильно отличающимся числом бюджетных мест в бакалавриате и магистратуре. Это  не что иное, как характерный элемент построение «образовательной пирамиды» и перехода системы высшего образования на сословную ориентацию,  фактически сопровождающийся уничтожением преемственности учебных планов и программ различного уровня.  
Ярким примером устройства сословной образовательной системы является образовательная система США. В Америке, если брать все 3500 вузов, включая двухгодичные колледжи, 90% из них не имеют программ подготовки магистров. Только 30% вузов из числа тех, которые реализуют четырехлетние программы подготовки бакалавров, получили право готовить магистров, остальные 70% –  не имеют магистратуры. Систему образования США можно  представить в виде пирамиды, в основании которой находятся учебные заведения «для всех», а на вершине – только для избранных, часто по имущественному признаку. Качественное образование получает тот, кто в состоянии его оплачивать.
В условиях социальной поляризации общества состояние кризиса образовательной системы можно рассматривать как политический механизм, создаваемый определенными социальными группами с целью выгодных им изменений образовательной сферы. При этом в зависимости от уровня одаренности студентов, а точнее их подготовленности к освоению образовательных программ высшей школы, вузы продолжают транслировать неравные социально-экономические условия, имеющие место в среде абитуриентов [5].
В истории российского образования памятна реформа 1828 года, основная задача которой заключалась в переходе на сословную ориентацию каждой изолированной друг от друга ступени образования. Преемственность учебных планов и программ была уничтожена. Устав 1828 года устанавливал сословную принадлежность учебных заведений: в приходских училищах предписывалось обучать детей крестьян и мещан, в уездных - детей купцов, в гимназиях - детей дворян. Похожие процессы происходят и сегодня  в отечественной системе образования, хотя до аналогичных предписаний   реформаторы пока  ещё не дошли.
В современных условиях обостряется проблема обеспечения равных условий при сдаче вступительных экзаменов в вуз абитуриентами из разных социальных групп. Репетиторство, платные курсы при вузах фактически закрывают дорогу к высшему образованию перед детьми из малообеспеченных семей, а также семей, в которых родители не обладают высоким образовательным цензом. Речь идет о развитии системы «приватизированного» образования в интересах детей из обеспеченных семей.  Шансы на получение качественного высшего образования резко возрастают, когда хотя бы один из родителей молодого человека имеет высшее образование, а семья живет в крупном или среднем городе. Сегодня в стране отвечают таким условиям лишь 7-8% молодежи. Неравенство учеников накладывается на неравенство вузов и школ.  В результате идет обострение отношений  между регионами: поначалу в сфере образования, а затем транслируется в реальную экономику.
В советское время доступность образования давала шанс  детям из рабочих семей  почувствовать его притягательность и, если повезет, «прорваться в интеллигенты». Роль высшего образования заключалась в обеспечении, вертикальной мобильности людей. Вуз представлял собой социальный лифт, обеспечивающий подъем к дефицитным имущественным и другим общественным благам. Сегодня образование перестает выполнять важнейшую социальную и политическую функцию - объединять народ в единое целое. Вместе с обществом, распавшимся на две несоприкасаемые части - богатых и бедных, распадается и общее образовательное пространство. А ведь это серьезный источник социальной нестабильности, удар по нравственным стандартам нашего общества [6].
 Формируется среда обитания, когда не всякое, а только качественное образование может гарантировать человеку устойчивое общественное положение и хорошо оплачиваемую работу. Социологические данные подтверждают, что для успешной социализации необходимо иметь культурный и личностный капитал. Мало получить высшее образование, нужно получить качественное высшее образование, сформироваться как личность. Тогда мобильность мышления, способность к самообучению и другие качества будут соответствовать не только современной социальной, но и обновляемой профессиональной среде.
При этом следует помнить о многомерности понятия «качество образования». Для различных субъектов образовательной и экономической деятельности это понятие имеет различный смысл. И поэтому  практика образовательной деятельности сталкивается с необходимостью выполнения большой и сложной работы по согласованию различных трактовок и различного понимания качества образования.  
 В то же время в результате перехода ряда отраслей в число депрессивных появился новый тип профессионала, знания, умения и навыки которого не востребованы работодателем. Специалисты депрессивных областей становятся представители "новых маргинальных групп" [2]. Стала реальностью связь маргинальности (Маргинал - человек, находящийся в промежуточном, пограничном положении между какими-либо социальными группами, утративший прежние социальные связи и не приспособившийся к новым условиям жизни) и профессионального статуса, основанного на потерявшем свою значимость формальном образовании. Эта проблема имеет отчетливо выраженный социальный характер. И дело вовсе не в том, что поставщики образования работают без учета ситуации на рынке труда. Девальвация ряда профессий происходит по иным более глубоким причинам. Но при этом создается ложное представление, что число необходимых специалистов определенных специальностей становится избыточным. А ведь это лишь на время, когда соответствующая отрасль находится в депрессивном состоянии. Прекратить подготовку кадров для той или иной депрессивной отрасти означает потерять её навсегда?! К этому ли мы должны стремиться?
Меняется структура общества и его потребности, подходы к занятости и её условия. Одним из последствий коммерционализации вузов является растущая экономическая, а вслед за ней и социальная дифференциация преподавательской среды. Расслоение происходит как по вертикали, так и по горизонтали. Настало время исследовать негативные тенденции в образовании, обнажающие бедственное материальное положение образовательных учреждений, социальное бесправие и нищету участников образовательного процесса. Усложнение структуры российской социальной среды, человека как такового, явлений его становления и развития требует не тривиальных решений в сфере образования с привлечение наиболее авторитетных представителей научной и образовательной общественности.
Тенденции усиления расслоения по уровню доходов характерны и для самых богатых стран мира [3]. Неравенство неизбежно в любом обществе, но перемещение людей в системе социальной стратификации в соответствии с их способностями и усилиями (социальная мобильность) обеспечивает устойчивость общества. Наша страна превзошла все мыслимые и немыслимые пропорции между числом богатых и бедных и неотвратимо распадается на две части: 15% населения присваивают 57% всех доходов в стране, а 85% россиян получают 43% совокупных доходов [4].
Сбережения есть только у пятой части населения. Остальные существуют от зарплаты до зарплаты. Сейчас 15% россиян живут за чертой бедности (Прим. Гл. Редактора:  Многие эксперты  с этими оценками не согласны. Если пользоваться расчетами прожиточного минимума, принятыми в Европе, при которых «черта бедности» – это половина средней зарплаты, то бедными могут считаться около трети жителей России).  Если человек из года в год живет по принципу выживания, начинается деградация. Он своим детям не может дать качественного образования [7].
В пространстве складывающихся рыночных отношений происходит изменение функций института образования как социальной системы.  Вузы  всё  больше исполняют роль одного из звеньев капиталистического воспроизводства. Они осваивают предпринимательский стиль отношений, основой которого является положение, в соответствии с которым всё без исключения должно приносить прибыль. Остальные структуры образовательной, либо любой другой системы должны отмереть или подлежат умерщвлению.
Вузы превращаются в инструмент воспроизводства экономического неравенства, укрепляя складывающуюся систему социальных привилегий. Поставлена под сомнение способность высшей школы к массовому производству специалистов высокой квалификации.
Речь идет о коренном изменении социальных функций высшего образования.
Социально-политическая функция.
Социальные особенности высшего образования (социальное измерение), его предназначение состоит в сокращении социальных разрывов, укреплении социального единства общества. Равенство и социальная справедливость изначально являются основой высшего образования, которое выступает двигателем социального единства и социального гражданства. Образование как социальный институт представляет собой один из основных источников социальной мобильности. Именно оно, а не имущественные преференции, должно играть важную роль в социальной дифференциации общества, разделения его по социальным слоям, а также дифференцируя внутри эти слои.
Однако функция социальной мобильности в отечественном образовании утратила свое прежнее первостепенное значение. Вуз становится социальным убежищем (сейфом) как для специалистов, так и для молодежи, а высшая школа всё больше приобретает функцию социального контроля над поведением выпускников школ и студенческой молодежи.
Вместе с тем сфера образования всё ещё продолжает играть определенную роль в процессах поддержки социальной мобильности – как горизонтальной, так и вертикальной. Фактически это один из ключевых институтов, способствующий преодолению застойной бедности и неравенства, доступности ресурсов развития для населения. Основой социальной мобильности и снижения социально-экономической дифференциации в обществе должна стать доступность качественного образования для всех слоев населения.  Определенную роль в решение вопросов «мягкой стратификации» могли бы играть ФГОС ВПО как инструмент социальной мобильности и построенные на их основе основные образовательные программы.
Социально-экономическая функция.
Экономическое состояние системы высшего образования характеризуется деградацией, идущей ускоренными темпами. Торговому капиталу нужны конторщики, счетоводы, кладовщики, а не инженеры или научные работники. Поскольку ротация на новых рабочих местах много выше, чем в промышленности, складывается экономическая потребность в расширенном воспроизводстве выпускников вузов, не отягощенных избыточными профессиональными и общекультурными знаниями. Сложилась иная социальная инфраструктура, которая, как уже отмечалось выше, в соответствии с условиями капиталистического накопления ориентирована на урезание избыточных звеньев. Отсюда, очевидно, предложенное в ходе реформы сокращение длительности основных образовательных программ высшей школы.
Более того, в результате слабой академической подготовки подавляющей части выпускников средней школе, девальвации высшего образования  и отсутствия возможности продолжения образования в активный трудовой период большие группы молодежи попадают в число людей с низким социальным капиталом. На рынке труда образовался сектор, ориентированный именно на эту категорию людей, - им предлагают труд низкой квалификации, их заведомо лишают карьерных перспектив, предлагая «просто жить и развлекаться». Примером тому может быть стремление охранных агентств формировать свой состав из лиц, имеющих диплом о высшем образовании, независимо от полученной ими квалификации.
Воспроизводство рабочей силы, обладающей низким социальным капиталом, не соответствует принципам государственной целесообразности. Наиболее адекватной этим принципам является ситуация, когда образование и вузы должны действовать как общественные инструменты для перераспределения богатств путем вложений в социальную мобильность и, прежде всего, вложения  государственных инвестиций в молодое поколение. Однако в России до сих пор не выработаны эффективные практические стратегии, следуя которым индивид может прийти к социальному успеху.
Социокультурная или культуротворческая функция.
Система высшего образования должна быть направлена на повышение образованности нации, её интеллектуального, культурного, духовного и нравственного потенциала. Социокультурная функция заключается, прежде всего, в воспроизводстве знаний и создании новых общественно значимых интеллектуальных продуктов. Смыслом образовательной деятельности является  формирование человеческой личности, определение её смысловых жизненных приоритетов, мировоззренческих позиций, формирование духовно-нравственных основ личности, определение важнейших задач самореализации. Система образования обучает нормам жизни в обществе и предоставляет первичные квалификации,  формирует профессиональные элиты – те 3 или 5 процентов работников, которые преодолевают стереотипы, делают открытия и предлагают новые эффективные экономические и социальные конструкции.  Она должна «перемешивать» выходцев из разных слоев общества по их склонностям и талантам и тем самым хотя бы отчасти задавать условия «равного старта
Однако важнее другое:  к сожалению, наше высшее образование сегодня не только не содействует «социальному перемешиванию» российского общества, но закрепляет социальную стратификацию, сложившуюся за последние десять – пятнадцать лет. Проект реформирования сферы образования, который настойчиво продвигают авторы концепции общей модернизации, вне всякого сомнения, сделает реализацию этих социальных функций затрудненной в сколько-нибудь значимых масштабах или даже невозможной. В частности, это ужесточение отбора при поступлении в высшие учебные заведения, неограниченное расширение платности высшего образования в государственных вузах, общее повышение цен на образовательные услуги, которое совсем не обязательно должно привести к повышению качества услуг. Да, ЕГЭ и ГИФО только теоретически облегчает абитуриентам «глубинки» поступление в региональные и центральные вузы. Ведь дело не сводится к тому, чтобы быть зачисленным, поскольку при этом не учитываются трудности и дороговизна проживания далеко от дома, обострение чувства социального неравенства среди студентов и т.п.  Остаются и другие препятствиями равному доступу к высшему образованию: стоимость обучения, требования к уровню подготовки абитуриентов, отсутствие гибких возможностей обучения.
Нельзя не отметить новые черты отечественного высшего образования, сформировавшиеся в условиях становления рыночной экономики. Это, прежде всего, его прагматизация и коммерциализация, отношение к образованию как к  политическому ресурсу. Формирование системы образования происходит в соответствии с реальной организацией общества и воспроизводит его социальную организацию. В конечном счёте, её структура приобретёт черты социальной организации общества.
 Таким образом, сложные процессы в сфере образование, происходящие в условиях социальной стратификации общества, требуют повышенного внимания со стороны государства. Речь идет не только о финансировании образовательных учреждений на уровне международных стандартов, принятых в развитых странах мира, но и об усилении регулирующей роли государства, исполнении им в полном объеме своей социальной функции. Попытка ухода из сферы образования в этих условиях представляется не только ошибочной, но и опасной, имея в виду характер трансформаций основных функций образовательных институтов в условиях перехода страны к рыночной экономике.
В заключение уместно напомнить позицию комиссия ЮНЕСКО по подготовке доклада "Образование: сокрытое сокровище" - "необходимо избегать того, чтобы образование увеличивало социальное неравенство, и с этой целью мобилизовать значительные ресурсы в пользу групп населения, находящихся в неблагоприятном положении".
 В.С.Сенашенко,
профессор
кафедры оптики и спектроскопии


Литература
1. Смолин О. Об основаниях стратегии модернизации  в России: роль образования и науки// Alma Mater (Вестник высшей школы) - 2005. - №4. - с. 17-22.
2. Попова И.П. Профессиональный статус специалистов в изменяющемся российском обществе. - М.: Наука, 2004. - 215 с.
3. Романов В.С. Мир, ресурсы и Россия. Отечественные записки. № 98, 13 июля 2006г. с.4.
4. Гринберг Р. Цифры Росстата. Аргументы и факты, № 4, 2007.
5. Алешина М.В., Плеве И.Р. Социальный лифт или социальное исключение. Высшее образование в России. № 11, 2009. С.126-131.
6. Костиков В.В. Аргументы и факты, №6, 2007.
7. Гонтмахер Е.  Сползаем в бедность? Аргументы и факты, № 4, 2010


Назад